«Роман Александрович, почему гистология так долго? Там же просто нужно посмотреть ткань под микроскопом». Не совсем. До микроскопа этой ткани ещё нужно добраться. После биопсии или операции материал проходит несколько этапов. Сначала — фиксация. Ткань помещают в специальный раствор, чаще всего формалин. Это нужно, чтобы сохранить клетки и их структуру такими, какими они были в организме. Этот этап нельзя бездумно ускорить: от качества фиксации зависит и сама гистология, и точность некоторых последующих исследований. Затем ткань обрабатывают и заливают в парафин. Из неё постепенно удаляют воду, проводят через специальные растворы и получают плотный парафиновый блок. Из этого блока делают очень тонкие срезы — толщиной всего несколько микрометров. Их переносят на стекло и окрашивают. Самая привычная окраска — гематоксилином и эозином. И только теперь препарат попадает к врачу-патологу, который изучает его под микроскопом. Но иногда и это ещё не конец. Если по обычной окраске нельзя уверенно определить характер или происхождение опухоли, патолог назначает дополнительные окраски или иммуногистохимию. При раке молочной железы отдельное значение имеют исследования биомаркеров — например, рецепторов эстрогена и прогестерона, HER2. В некоторых ситуациях для уточнения HER2 может потребоваться исследование методом гибридизации in situ. Для этих тестов снова нужны срезы, проведение реакции, контроль её качества и интерпретация результата. Иногда патологу нужны дополнительные срезы из уже готового блока. Иногда — другой участок ткани. Иногда случай требует консультации коллеги. Всё это увеличивает срок, но делается не «потому что лаборатория медленно работает». Гистология — это не фотография ткани. Это многоэтапное исследование. Поэтому скорость здесь не должна быть важнее качества. Нам нужен не самый быстрый ответ, а ответ, на основании которого можно правильно поставить диагноз и выбрать дальнейшую тактику лечения. Записаться на консультацию 🔗 Ваш Роман Александрович 🫦 Подписывайтесь на наш пакет каналов! Медицина SPB
